glazo: (Default)
Буря (IV, 1:146-163) Шекспир. 1623.
Оригинал в оригинальном написании и современном:
Pro. You doe looke (my ſon) in a mou'd ſort,
As if you were diſmaid: be cheerefull Sir,
Our Reuels now are ended: Theſe our aƈtors,
(As I foretold you) were all Spirits, and
Are melted into Ayre, into thin Aire,
And, like the baſeleſſe fabricke of this viſion
The Clowd-capt Towers, the gorgeous Pallaces,
The ſolemne Temples, the great Globe it ſelfe,
Yea, all which it inherit, ſhall diſſolue,
And like this inſubſtantiall Pageant faded
Leaue not a racke behinde: We are ſuch ſtuffe
As dreams are made on; and our little life
Is rounded with a ſleepe:
Sir, I am vext,
Beare with my weakeneſſe, my old braine is troubled:
Be not diſturb'd with my infirmitie,
If you be pleased, retire into my Cell,
And there repoſe, a turne or two, Ile walke
To ſtill my beating minde.

PROSPERO.You do look, my son, in a mov'd sort,
As if you were dismay'd: be cheerful, sir:
Our revels now are ended. These our actors,
As I foretold you, were all spirits and
Are melted into air, into thin air:
And, like the baseless fabric of this vision,
The cloud-capp'd towers, the gorgeous palaces,
The solemn temples, the great globe itself,
Yea, all which it inherit, shall dissolve
And, like this insubstantial pageant faded,
Leave not a rack behind. We are such stuff
As dreams are made on, and our little life
Is rounded with a sleep.
—Sir, I am vex'd:
Bear with my weakness; my old brain is troubled.
Be not disturb'd with my infirmity.
If you be pleas'd, retire into my cell
And there repose: a turn or two I'll walk,
To still my beating mind.

Далее четыре перевода… )
glazo: (Default)
(…предыдущая часть)
Не медля! Она наверное бешеная... Чья это собака, спрашиваю?
— Это, кажись, генерала Жигалова! — говорит кто-то из толпы.
— Генерала Жигалова? Гм!.. Сними-ка, Елдырин, с меня пальто... Ужас,
как жарко! Должно полагать, перед дождем... Одного только я не понимаю: как она могла тебя укусить? - обращается Очумелов к Хрюкину.
...
— Вестимо, генеральская! - говорит голос из толпы.
— Гм!.. Надень-ка, брат Елдырин, на меня пальто... Что-то ветром подуло... Знобит...

Гамлет … Сделайте из вашей шляпы должное употребление: она для головы.
Озрик. Благодарю, ваше высочество, очень жарко.
Гамлет. Да нет же, поверьте мне, очень холодно: ветер с севера.
Озрик. Действительно, мой принц, скорее холодно.
Гамлет. И все-таки, по-моему, очень душно и жарко для моей комплекции.
Озрик. Чрезвычайно, мой принц; так душно, как будто... Не могу даже сказать.

А. П. Чехов. Хамелеон У. Шекспир. Гамлет, принц датский (пер.М. Лозинского)


Так крутится молодой вельможа Озрик, который позже на дуэли Гамлета с Лаэртом:

Osric
A hit, a very palpable hit.

Laertes
A touch, a touch, I do confess.

Озрик
Удар, отчетливый удар.

Лаэрт
Задет, задет, я признаю.

Озрик
Удар, удар всерьез.

Лаэрт
Удар. Не отрицаю.

Озрик
Один удар прошел.

Лаэрт
Да, коснулись, я признаю.

(Акт V, сцена 2) (пер. М. Лозинского) (пер. Б. Пастернака)(пер. А. Чернова)

Конан Дойль. Собака Баскервилей:
"A touch, Watson—an undeniable touch!" said he. "I feel a foil as quick and supple as my own. He got home upon me very prettily that time?" — Удар, Уотсон! Меткий удар! — сказал он. — Рапира в руках противника, который не уступает мне ни в быстроте, ни в точности. На сей раз он обвел меня вокруг пальца. — Вотъ такъ шутникъ, Ватсонъ, несомнѣнный шутникъ, — сказалъ онъ. Я чувствую въ немъ столь же быструю и гибкую сообразительностъ, какъ моя собственная. Онъ изрядно прошелся на мой счетъ.
(конец главы V) (пер. Н. Волжиной) (пер. Е. Ломиковской)

Это мистер Степлтон так остро подшутил, сказав кэбмену, что это он — Шерлок Холмс.
А как коварный противник выглядел?

The cabman scratched his head. "Well, he wasn't altogether such an easy gentleman to describe. I'd put him at forty years of age, and he was of a middle height, two or three inches shorter than you, sir. He was dressed like a toff, and he had a black beard, cut square at the end, and a pale face. Кэбмен почесал в затылке:
— Не так-то это легко. Лет ему будет примерно под сорок, роста среднего, ниже вас дюйма на два, сэр. Одет чисто, борода черная, лопатой, а лицо бледное.
Извозчикъ почесалъ голову.
— Не очень-то легко описать этого джентльмена. Я бы далъ ему лѣтъ сорокъ, роста онъ средняго, дюйма на два, на три ниже васъ, сэръ. Одѣтъ онъ былъ мѣшковато, и борода у него черная, подстрижснная четыреугольникомъ, лицо блѣдное.
(конец главы V) (пер. Н. Волжиной)(пер. Е. Ломиковской)

А на самом деле:
Он был одет как франт (toff = франт, щёголь)

— Ну, прямо как настоящий барин, ваше благородие. — ответил бы российский извозчик нашему полицейскому надзирателю Очумелову .
Полиграфу Полиграфовичу.

(продолжение следует…)

glazo: (Default)

La vida es sueño.
Pedro Calderón de la Barca, 1635.
Педро Кальдерон де ла Барка, 1635.
Жизнь есть сон (перевод Константина Бальмонта).
Жизнь есть сон (перевод Д. К. Петрова).
Жизнь — это сон (перевод Инны Тыняновой).

Как я уже писал, в истории о Варлааме и Иосафе (1, 2, 3) тема отгораживания любимого сыночка Иосафа (или, скажем, Бодхиставы) от внешнего мира и к чему это приводит, находит своё продолжение в рассказе Лескова «Излишняя материнская нежность».

А вот чудесный пример у Джованни Боккаччо в Декамероне (день четвёртый, вступление Филострато):

«…Азинайо, поместился здесь в одной келейке с своим сыном и, живя с ним от милостыни и в молитвах, особенно остерегался говорить в его присутствии о каком бы то ни было мирском деле, ни показывать ему что-либо подобное, дабы это не отвлекало его от такого служения; напротив, он всегда беседовал с ним о славе вечной жизни, о боге и святых, ничему иному не обучая его, как только молитвам; в такой жизни он продержал его много лет, никогда не выпуская его из кельи и никого не давая ему видеть, кроме себя». Но потом им пришлось пойти в город, где сын впервые увидел женщин и спросил, а как их звать, а отец, чтобы избежать сложностей, сказал, что их звать гусынями и это худые вещи. Сын же ответствовал: «Не знаю, что вы такое говорите и почему эти вещи худые; что до меня, мне кажется, я ничего ещё не видел столь красивого и приятного, как они. Они красивее, чем намалеванные ангелы, которых вы мне несколько раз показывали. Пожалуйста, коли вы любите меня, дайте поведём с собой туда наверх одну из этих гусынь, я стану её кормить».

Последователь Ганса Шиллинга (иллюстратора) [Германия, работал в 1459 - 1467 гг.], из мастерской Дибольда Лаубера (иллюстратора) [Германия, работал в 1427 - 1467 гг.]. Иосафат на престоле, соблазняемый голой женщиной, 1469. Чернила, клеевые краски и темпера, бумага 28,6 × 20,3 см (J. Paul Getty Museum 83.MR.179.284v.)
(картинки щелчком можно увеличить)

(Здесь ещё 137 иллюстраций того же автора, 1469 г.)

История о Варлааме и Иосафате была чрезвычайно широко известна в Европе. Уже в 1275 г. она вошла в состав Золотой Легенды, собрания легенд и житий святых, сочинения доминиканца Иакова Ворагинского, епископа Генуи (см. том 7, The Story of Barlaam and Josaphat).

Есть и французские варианты: Gui de Cambrai, Barlaam et Josaphat, ок. 1220-1225 г. и Jehan de Prier, Mystère du roi Advenir. 1455 или, например, немецкий: Rudolf von Ems, Barlaam und Josaphat, ок. 1254 (в издании: Dichtungen des Deutschen Mittelalters, 3 Band, Leipzig 1843).

Немудрено, что в сентябре 1474 г. во Флоренции уже идёт театральная постановка «Rappresentazione di Barlaam e Giosafat» (вот её англ. перевод), автор Бернардо Пульчи (1438-1488 гг.).
Надо сказать, что её и сейчас иногда ставят.

Так что не должно особенно удивлять, что в 1611 г. Лопе де Вега написал пьесу «Barlán y Josafá», а по её следам в 1635 г. Педро Кальдерон де ла Барка пишет свою самую известную пьесу «Жизнь — это сон» (см. эпиграф и ссылки вверху), где между прочим, действуют король польский Басилио и герцог Московии Астольфо, а в башне сидит Сехизмундо (краткое содержание).

Так, ну пора и за нашего Вильяма, понимаете, Шекспира приняться... )

glazo: (Default)

Девчонку звали Дездемона,
Собой, что белая луна.
На генеральские погоны,
Ах, соблазнилася она
.
Отелло (Отелло —А. Охрименко, С. Кристи и В. Шрейберг, 1950)

Вот титульный лист первого издания пьесы Шекспира «Отелло, Веницианский Мавр» 1622 г.
The tragœdy of Othello, the Moore of Venice. As it hath beene diuerse times acted at the Globe, and at the Black-Friers, by his Maiesties seruants. Written by William Shakespeare. London: printed by N. O. [Nicholas Okes] for Thomas Walkley, and are to be sold at his shop, at the Eagle and Child, in Brittans Bursse, 1622.


Вот, известные слова этой пьесы:


Они же на современном английском (из первого акта, сцена 3):

And bade me, if I had a friend that loved her,
I should but teach him how to tell my story.
And that would woo her. Upon this hint I spake:
She loved me for the dangers I had pass'd,
And I loved her that she did pity them.
This only is the witchcraft I have used:
Here comes the lady; let her witness it.

Ну, а теперь — переводы:

Она меня за муки полюбила,
А я ее — за состраданье к ним.

(Пётр Исаевич Вейнберг 1864 г.)

Она полюбила меня за пережитыя опасности, а я ее за состраданія къ нимъ.
(П.А. Каншин 1893)

Она за бранный труд мой полюбила,
А я за жалость полюбил ее.
(Анна Радлова 1939)

Услыхав этот намек, я сказал, что она полюбила меня {37} за те бедствия,
которые я пережил, а я ее — за сострадание к ним
.
(М.М. Морозов конец 1940-х)
37 "...я сказал, что она полюбила меня". — По нашему мнению, мы здесь имеем дело с косвенной речью, а не с афористической формой, как у нас обычно переводили. Например, у Вейнберга:
При этом
Намеке я любовь мою открыл.
Она меня за муки полюбила,
А я ее — за состраданье к ним.

Я ей своим бесстрашьем полюбился,
Она же мне — сочувствием своим.
(Л. Пастернак)

Я стал ей дорог тем, что жил в тревогах*,
А мне она - сочувствием своим.

(М. Лозинский)
* ...Я стал ей дорог тем, что жил в тревогах... - Буквально: "Она полюбила меня за опасности, которые я перенес".

«Меня ты за страданья полюбила,
А я твоим участьем покорен».
(Б.Н. Лейтин)

Она свою любовь мне отдала
За то, что довелось мне пережить,
А я от всей души ее люблю
За эту силу состраданья.

(В. Раппопорт)

Полюбила
Она меня за пройденное мною:
Сражения, опасности. А я —
Я полюбил ее за состраданье.

(О. Сорока)

И, в заключение.
Почти за полвека до появления пьесы Шекспира вышла такая книжка:
Giovanbattista Giraldi. De Gli Hecatommithi. 2 vols. Vinegia: Girolamo Scotto, 1566.

Этот книгу «Hecatommithi» или «Сто рассказов» (а точнее, 112 новелл — на картинке показан титульный лист второго издания 1566 г., а первое издание было 1565 г.) написал Джиральди Чинтио (в некоторое подобие Деккамерона Бокаччио), и вот там есть такая 7-я новелла третьей декады, известная как источник шекспировского Отелло и, в частности, читаем вот это:

(«Жил некогда в Венеции весьма храбрый Мавр, которого за его личные достоинства, а также по причине большого ума и находчивости, проявленных им в военных делах, синьория этой республики чрезвычайно ценила… Случилось так, что одна добродетельная девушка удивительной красоты, по имени Диздемона, не в силу женской чувственности, а восхищенная доблестью Мавра, полюбила его». )
Fu già in Venezia un Moro molto valoroso, il quale, per essere prò’ della persona, e per aver dato segno, nelle cose della guerra; di gran prudenza e di vivace ingegno, era molto caro a que’signori, i quali, nel dar premio agli atti virtuósi, avanzano quante repubbliche fur mai. Avvenne che una virtuosa donna, di maravigliosà bellézza, Disdemona chiamata, tratta non da appetito donnesco, ma dalla virtù del Moro, s’innamorò di lui, ed egli, vìnto dalla bellézza e dal nobile pensiero della donna, similmente di lei si accese, ed ebbero tanto favorevole Amore, che si congiunsero insieme per matrimonio, ancora che i parenti detta donna facessero ciò che poterono, perchè ella altro marito si prendesse, che lui; e vissero insieme di sì concorde volere, ed in tanta tranquillità, mentre furono in Venèzia, che mai tra loro non fu, non dirò, cosa, ma рагоla men che amorevole.

glazo: (Default)
Земля и Воля — тайное революционное общество, возникшее в России в 1861 году и просуществовавшее до 1864 года.
Своей целью участники ставили подготовку крестьянской революции.
В числе организаторов были Н. Н. Обручев, С. С. Рымаренко, И. И. Шамшин и другие.

А теперь, собственно, И. Е. Репин:
Портрет Ивана Ивановича Шамшина. 1902
Этюд к картине «Торжественное заседание Государственного совета 7 мая 1901 года»
Холст, масло. 54 x 40 см
Ростовский областной музей изобразительных искусств




Так погибают замыслы с размахом,
                       В начале обещавшие успех  
glazo: (Default)
В продолжение темы Гека.
В ЗАЛЕ СУДА!
Только три спектакля!
Всемирно известные трагики
ДЭВИД ГАРРИК МЛАДШИЙ
и
ЭДМУНД КИН СТАРШИЙ!
Из лондонских и европейских театров
в захватывающей трагедии
КОРОЛЕВСКИЙ ЖИРАФ,
или
ЦАРСТВЕННОЕ СОВЕРШЕНСТВО!!!
Вход 50 центов.

ЖЕНЩИНЫ И ДЕТИ
НЕ ДОПУСКАЮТСЯ









А также
(по просьбе публики)
БЕССМЕРТНЫЙ МОНОЛОГ
ГАМЛЕТА!!!
в исполнении
ЗНАМЕНИТОГО КИНА!

Вот, этот бесмертный монолог… )
glazo: (Default)
Пушкин очень внимательно читал Шекспира.

[Эта запись сделана совсем уж для себя, т.е. внешние читатели вряд ли найдут чего тут нового, но оставляю её на поверхности —
а м.б. и у кого другого, как и у меня, сердце вдруг встрепенёт и вновь почудятся дали дальние).

После «Ричарда III» (1591) он внимательно прочел «Лукрецию» (1594).

[По преданию, римский царь Тарквиний Гордый, в 509 г. до н. э., обесчестил жену своего родственника Коллатина Лукрецию. Она после этого закололась, а Коллатин и его друг Луций Юний Брут поклялись отомстить. В результате Тарквиний был изгнан из Рима, царская власть уничтожена, и в Риме установлена республика].


«Граф Нулин»  в первой черновой редакции названный «Новый Тарквиний» ( те же 1825/1831).
И стул в потемках опрокинув,
В надежде сладостных наград,
К Лукреции Тарквиний новый
Отправился, на всё готовый.

А впрочем, может быть, и страха,
Она Тарквинию с размаха
Дает — пощечину, да, да,
Пощечину, да ведь какую!
glazo: (Default)
В 1825 г. А. С. Пушкин пишет пьесу  «Борис Годунов», и в 1831 г. выходит её первое издание.

Трагедия завершается тем, что в Москве (10/20 июня 1605 г.) убивают Федора, сына Бориса, и его мать Марию,  и на царство зовут Дмитрия.

А за полгода  до этого в Мадриде происходит иное событие — в январе 1605 г. выходит в свет первое издание первого тома «Дон-Кихота» Сервантеса.

И в том же 1605 году в Лондоне выходит уже четвертое прижизненное издание трагедии Шекспира «Ричард III», которую он написал ещё в 1591 г.

Речь у Шекспира идёт о событиях 1483 года.




BUCKINGHAM
<...>
And when mine oratory grew to an end
I bid them that did love their country's good
Cry 'God save Richard, England's royal king!'
GLOUCESTER
Ah! and did they so?
BUCKINGHAM
No, so God help me, they spake not a word;
But, like dumb statues or breathing stones,
Gazed each on other, and look'd deadly pale.
БЕКИНГЕМ
<...>
Когда же кончил речь, я предложил
Всем тем, кто родине желает блага,
Кричать: "Да здравствует король наш Ричард!"
ГЛОСТЕР
Ну, а они кричали?
БЕКИНГЕМ
Помилуй бог, ни слова не сказали,
Как будто камни или истуканы,
И, бледные, глядели друг на друга.
(Другие переводы: 1, 2, 3, 4, и оригинал)

Но возвращаясь к Пушкину.
«Борис Годунов».

МОСАЛЬСКИЙ
Народ! Мария Годунова и сын ее Феодор отравили себя ядом. Мы видели их мертвые трупы.
Народ в ужасе молчит.

Что ж вы молчите? кричите: да здравствует царь Димитрий Иванович!
Народ безмолвствует.


Время

Nov. 19th, 2009 12:11 am
glazo: (искусство)

225 Он уже силен и скор. Но поприще юности краткой
Пройдено. Вот и года миновали срединные также,
И по наклону уже несется он к старости шаткой.
Жизнь подрывает она; разрушаются прежние силы.
Старый заплакал Милон, увидев, что стали бессильны
230 Мощные руки его, что, дряблые, виснут, — когда-то
Тяжкою крепостью мышц с Геркулесовой схожие дланью.
Плачет и Тиндара дочь, старушечьи видя морщины
В зеркале; ради чего — вопрошает — похищена дважды?
Время — снедатель* вещей — и ты, о завистница старость,
235 Все разрушаете вы; уязвленное времени зубом,
Уничтожаете все постепенною медленной смертью.
Овидий. Метаморфозы. Книга XV.
*в эл. версии допущена опечатка = свидетель.

 
225
inde valens veloxque fuit spatiumque iuventae
transit et emeritis medii quoque temporis annis
labitur occiduae per iter declive senectae.
subruit haec aevi demoliturque prioris
robora: fletque Milon senior, cum spectat inanes
230 illos, qui fuerant solidorum mole tororum
Herculeis similes, fluidos pendere lacertos;
flet quoque, ut in speculo rugas adspexit aniles,
Tyndaris et secum, cur sit bis rapta, requirit.
tempus edax rerum, tuque, invidiosa vetustas,
235 omnia destruitis vitiataque dentibus aevi
paulatim lenta consumitis omnia morte!
Ovidius. Metamorphoses. Libеr XV.

Через 40 с лишним лет, уже другой автор среди прочих своих эпиграмм написал эту:

Всё, что мы видим вокруг, пожрёт ненасытное время;
Всё низвергает во прах; краток предел бытия.
Сохнут потоки, мелеют моря, от брегов отступая,
Рухнут утесы, падет горных хребтов крутизна.
Что говорю я о малом? Прекрасную сень небосвода,
Вспыхнув внезапно, сожжет свой же небесный огонь.
Всё пожирается смертью; ведь гибель — закон, а не кара.
Сроки наступят — и мир этот погибнет навек.
Сенека. Эпиграммы.
  Omnia tempus edax depascitur, omnia carpit,
Omnia sede mouet, nil sinit esse diu.
Flumina deficiunt, profugum mare litora siccant,
Subsidunt montes et iuga celsa ruunt.
5 Quid tam parua loquor? moles pulcherrima caeli
Ardebit flammis tola repente suis.
Omnia mors poscit. lex est, non poena, perire:
Hic aliquo mundus tempore nullus erit.
Senecae. 232. De qualitate temporis.

Сенека позже в письмах к Луцилию снова пишет о сходном (см., например, письмо 91, параграф 11), и даже сходными оборотами (здесь: iuga celsa ruunt = разрушатся высокие хребты, а там: iuga montium diffluunt = рассыпятся горные хребты).

Через 16 веков Шекспир, внимательно читавший Сенеку и очевидно Овидия, пишет 19 сонет, начинающийся со слов: «Devouring Time, blunt thou the lion's paws» [Пожирающее время, затупи свои львиные когти].

Английское devour XIV в от фр. devour, производное от ст. фр. dévorer — лат. dēvorāre, de + vorāre глотать.

Но, думаю, время у Сенеки и Овидия было иным, не всепожирающим и всепроглатывающим.
У них — это не Хронос, глотающий всё одним махом.

У Овидия: время, разрушающее (истребляющее) все вещи ( весь мир, всю вселенную, всю природу)  медленной и постепенной смертью.

У Сенеки: прожорливое (разрушительное, истребляющее, гложущее) время — всё потравит (снедёт, изнурит, истощит); всё сорвёт (выщипит, ослабит, измотает, погубит).

Лат. depascitur см. de-pascor, pastus sum, sci depon.
1) съедать траву, потравить (segetes PM; florem salicti V);
2) съедать, пожирать (miseros artus V);
3) истощать, изнурять, снедать (febris depascitur artus V);
4) жадно читать или слушать (d. aurea dicta, sc. Epicuri Lcr).

Обширная подборка иллюстраций к "Метаморфозам" (легче смотреть, поглядывая в русский текст).
Там есть и картина А. Бёклина «Vita somnium breve» (1888 года).
А эта картина «Четыре возраста» (1627), автор Валантен де Булонь, 1591-1632.

glazo: (искусство)
К предыдущему посту.

Понятно, что солнце и сын — это игра слов sun/son и как бы параллельный риторический ход:
Shall the blessed sun of heaven prove a micher and eat blackberries? . . . Shall the son of England prove a thief and take purses?
(А в старом написании вообще совпадает: Sonne/Sonne).

Почти во всех текстах Генриха IV в переводе Пастернака, вывешенных в сети (OCR Бычков М.Н.), пропущена именно эта часть, где Фальстаф изображает короля-отца (где эти слова о солнце и т.д.).

А в том тексте, где она есть, слова про солнце звучат по-иному, чем читал сам же Пастернак в 1947 г. :
Может ли солнце лежать на боку и отлынивать от дела? Такой вопрос нелеп и не представляет интереса. Может ли наследник английского престола быть вором и таскать кошельки? Такой вопрос осмысленен и заслуживает рассмотренья. Есть вещь, Гарри,... и т. д.
Другие переводы.
Е. Бируковой:
Может ли благодатное небесное светило стать бродягой и лакомиться придорожной ежевикой? Такого вопроса не задаст никто. Может ли сын английского короля сделаться вором и охотиться за кошельками? Такой вопрос приходится ставить. Есть такое вещество, Гарри, о котором ты не раз слышал и которое известно многим в нашем королевстве под названием: деготь. Этот деготь, по свидетельству древних авторов, имеет свойство марать; такова же и компания, с которой ты водишься. Я говорю тебе это, Гарри, не сквозь хмель, а сквозь слезы, не в шутку, а в горький укор, не только словами, но и стонами.
В. Морица и М. Кузьмина:
Может ли благодатное небесное солнце слоняться без дела и есть ежевику? Никто даже не задаст такого вопроса. Может ли сын английского короля быть вором и похищать кошельки? Этот вопрос всякий задаст. Есть такая вещь, Гарри, о которой ты часто слышал: в нашей стране она называется дегтем. По свидетельству древних авторов, деготь марает; точно так же марает и общество, в котором ты вращаешься. Я говорю тебе, Гарри, испивая чашу не вина, а слез, не шутя, а скорбя не только словами, но и стонами.
П. А. Каншина:
Разве солнце небесное станет прятаться по кустам и услаждать свой вкус ежевикой? Это такие вопросы, которых и задавать-то не следовало. Неужто сыну солнца Англии прилично грабить проезжих на большой дороге? Вот этот вопрос задать следовало! Есть такое вещество, Гэрри, о котором ты не раз слыхал и которое известно многим из обитателей нашего королевства под названием „смолы“. Смола эта, по уверениям древних писателей, имеет свойство марать. Таково и общество, с которым ты знаешься. Я говорю с тобою, испив чашу — не вина, а горьких слез, не в упоении радости, а под гнетом горя; говорю не одними словами, но и слезами...
Каншин путает, переводя слова Фальстафа:
      Falst.
Well, and the fire of Grace be not quite out of thee now shalt thou be moued. Giue me a Cup of Sacke to make mine eyes looke redde, that it may be thought I haue wept, for I must speake in passion, and I will doe it in King Cambyses vaine.
как:
     Фальстаф
Хорошо. Если огонь благодати не совсем еще в тебе угас, вот увидишь, как я тебя растрогаю. Дайте мне кружку вина, чтобы глаза мои покраснели и чтоб поэтому можно было подумать, будто я плакал. Мне надо быть сильно взволнованным, и я ни за какие блага в мире не соглашусь говорить тоном царя Камбиза.
И ещё с таким комментарием {Насмешливый намек на старинную пьесу Томаса Престона, игранную в 1570 году под следующим заглавием: "Плачевная трагедия, полная милой веселости, изображающая жизнь Камбиза, царя Персов". Примеч. переводчика.}. Да, была такая пьеса: A lamentable tragedy mixed full of pleasant mirth, containing the life of Cambyses King of Persia, from the beginning of his kingdom unto his death, his one good deed of execution, after that many wicked deeds and tyrannous murders, committed by and through him, and last of all, his odious death by God's Justice appointed. Done in such order as followeth. By Thomas Preston, 1569. Но Фальстаф собирается говорить с Гарри именно в таком помпезном и высокопарном стиле.

Вот как перевёл Б. Пастернак:
Фальстаф
Если последняя искра благодати не угасла в тебе, я тебя растрогаю. Дайте мне стакан хереса, чтобы у меня покраснели глаза, словно я плакал. Я буду играть с большим чувством, как в "Царе Камбизе".
Ежевика два раза встречается в Генрихе IV. Как я понял, такая заурядная дешевая ягода, дешевле грибов, гроша ломаного не стоит, проще пареной репы, полно, как травы.

По поводу строки: This pitch, as ancient writers do report, doth defile (Смола пачкает, учат древние писатели).
Слово defile (= делать грязным, марать) появилось примерно с 1280 г. от старофранцузского "defouler "(затаптывать, попирать)  из  de- "вниз" + fouler (ступать), что, в свою очередь происходит от латинского слова fullo  (человек, который стирает одежду и ткани,  утаптывая в баках со щелоком замоченные вещи).  Сейчас fuller =  сукновал, валяльщик.

glazo: (искусство)

Ф. М. Достоевский. Бесы.

«Степан Трофимович уверял её, что это только первые, буйные порывы слишком богатой организации [Николая Всеволодовича Ставрогина], что море уляжется и что всё это похоже на юность принца Гарри, кутившего с Фальстафом, Пойнсом и мистрис Квикли, описанную у Шекспира».

«Это тётя и вчера Степан Трофимович нашли будто бы сходство у Николая Всеволодовича с принцем Гарри, у Шекспира в Генрихе IV...»

«Человек гордый и рано оскорблённый, дошедший до той „насмешливости“, о которой вы так метко упомянули, —  одним словом принц Гарри, как великолепно сравнил тогда Степан Трофимович и что было бы совершенно верно, если б он не походил ещё более на Гамлета, по крайней мере по моему взгляду».

«Ах, Николай Всеволодович, в этом сердце накипело столько, что я не знал, как вас и дождаться! ... Удостоивали же вы меня тогда слушать, читали строфы... Пусть меня [Игната Лебядкина] тогда называли вашим Фальстафом из Шекспира, но вы значили столько в судьбе моей!..

«Николай Всеволодович называл тогда этого господина своим Фальстафом...»

В. Шекспир. Генрих IV. Часть первая. 2-й акт. Сцена 4. ( в переводе Б. Пастернака, в устном его исполнении 1947 г.)
      
      Фальстаф.

Может ли солнце быть прогульщиком и лакомиться ежевикой? Такой вопрос нелеп и не представляет интереса. Может ли наследник английского престола быть вором и таскать кошельки? Такой вопрос осмысленен и заслуживает рассмотренья. Есть вещь, Гарри, о которой ты, наверное, слыхал и которая в наше время называется смолою. Смола пачкает, учат древние писатели. Так пачкает тебя общество, в котором ты вращаешься. Потому что, Гарри, я говорю с тобой сейчас не выпивши, но в слезах, не смеха ради, но с болью, и речь моя состоит не только из слов, но также из вздохов и рыданий.

      Falst.

Shall the blessed Sonne of Heauen proue a Micher, and eate Black-berryes? a question not to bee askt. Shall the Sonne of England proue a Theefe, and take Purses? a question to be askt. There is a thing, Harry, which thou hast often heard of, and it is knowne to many in our Land, by the Name of Pitch: this Pitch (as ancient Writers doe report) doth defile; so doth the companie thou keepest: for Harry, now I doe not speake to thee in Drinke, but in Teares; not in Pleasure, but in Passion; not in Words onely, but in Woes also.

Письмо Лизавете Николаевне Тушиной от капитана Лебядкина (покорнейший друг и имеет досуг):

Может ли солнце рассердиться на инфузорию, если та сочинит ему из капли воды, где их множество, если в микроскоп? Даже самый клуб человеколюбия к крупным скотам в Петербурге при высшем обществе, сострадая по праву собаке и лошади, презирает кроткую инфузорию, не упоминая о ней вовсе, потому что не доросла.


Profile

glazo: (Default)
glazo

October 2013

S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 04:40 pm
Powered by Dreamwidth Studios